Беларуские госмедиа утверждают, что молодежь Литвы «потерянная». Якобы относительно общеевропейской статистики большая доля молодых литовцев нигде не учится и не работает. CityDog.io узнал у литовской молодежи, так ли это на самом деле и что действительно ее волнует.
Что случилось?
В сентябре БЕЛТА назвала Литву «антилидером ЕС по потерянной молодежи» – согласно статистике, 12,4% ребят в возрасте от 15 до 29 лет нигде не учатся и не работают. «Ситуация усугубляется высоким уровнем безработицы среди молодежи: в Литве он достигает 16,5%, что превышает среднеевропейские 14,4%», – утверждают авторы публикации.
Указывая эти цифры, беларуское информационное агентство ссылается на медиа Baltija.eu, которое публикует новости «Прибалтики, Москвы и соотечественников за рубежом». Литовское медиа не приводит ссылок, откуда получены эти данные.
Так и откуда взяли цифры?
CityDog.io обнаружил, что некоторые цифры взяты из статистики «Евростата» – по их подсчетам, в 2025 году 12,4% молодых литовцев действительно нигде не учились и не работали, тогда как средний показатель такой молодежи по Евросоюзу составил 11%.
Остальные цифры, приведенные в публикациях медиа, слегка расходятся. Например, тот же «Евростат» подсчитал, что к 2026 году среднеевропейский уровень безработицы среди молодежи составил 14,9%, а по Литве – 15,2%.
Ссылаясь на статистику социологов, литовское медиа LRT пишет, что во втором квартале 2025 года уровень безработицы среди молодежи составил 12,6%. Доля молодых литовцев, занятых в экономике, – 27,5%.
Как обстоят дела в Беларуси?
Для сравнения, по данным Минтруда, в Беларуси к 2025 году сложился «рекордно низкий уровень» безработицы среди молодежи – 5,5%. Из 1,63 млн людей возрастом 14–30 лет занятыми в экономике страны считаются 55,6%.
В Беларуси возраст, с которого начинают учитывать занятость человека в экономике страны, наступает в 18 лет. Сюда входят люди, которые в том числе работают по контракту, ведут предпринимательскую деятельность или служат в армии. Законодательство Беларуси не рассматривает студентов как категорию, занятую в экономике страны, при этом в категорию «тунеядцев» учащихся вузов дневных форм не включают.
CityDog.io попросил молодых литовцев рассказать, какой они видят ситуацию изнутри – и действительно ли ощущают свою молодость как «потерянную».
«Моя молодость – это смесь стресса и радости»
– Описывать, каково это – быть молодым литовцем или литовкой, – мне непросто. Предполагаю, мой опыт не совсем типичный, потому что здесь во многом повлияла моя принадлежность к сообществу ЛГБТК+.
Детство было беззаботным и радостным, а вот подростковые годы выдались непростыми: я сталкивал_ась с сильной тревожностью и депрессией. Это во многом было связано с поиском себя, осознанием сексуальности и гендерной идентичности, а также попытками понять, какое место я занимаю в мире. Взросление и формирование в среде, где не всегда чувствуешь полное принятие, дается непросто.
Сейчас я нахожусь в самом начале взрослой жизни. Безусловно, у меня появилось больше возможностей и свободы, поскольку я учусь в большом городе и могу выбирать, как и с кем хочу проводить время. Но тревожность остается: жизнь дорогая, на рынке труда бывает непросто сориентироваться, да и найти стабильную работу по специальности получается не всегда.
Плюсом к этому добавляются страхи, связанные с политической ситуацией (постоянные угрозы со стороны России), а также недостаточно благоприятная обстановка для ЛГБТК+ людей. Поэтому моя молодость – это смесь стресса и радости.
«Ищу стабильную работу в своей сфере»
– Лично мне было очень важно покинуть родительский дом и поступить в университет. Я ощущал_а это как логичный шаг на пути к независимости и взятию ответственности за собственную жизнь. В то же время не сказал_а бы, что мои родители каким-либо образом давили на меня. Более того, семья продолжает поддерживать меня финансово, за что я им очень благодар_на.
В Литве поступить в университет вполне реально, особенно если вы хорошо учились в школе и подготовились к экзаменам. Я отучил_ась на клинического психолога. В студенческие годы работал_а в сфере обслуживания официант_кой – полезный опыт. Но совмещение работы и учебы отнимало очень много сил, ведь нужно было успевать сдавать курсовые и экзамены, укладываться в дедлайны, а еще проходить стажировки и практику.
Сейчас я поступил_а в магистратуру и параллельно ищу уже более стабильную работу в своей сфере – хочется побыстрее начать применять полученные знания на практике.
«Это неправда, что все поколение литовцев потерянное»
– Я не соглас_на с тейком о «потерянной» молодежи. Конечно, есть молодые ребята, которые не идут на работу или в университет сразу после окончания школы. Некоторые из них берут себе небольшой перерыв, путешествуют, другие – идут в армию.
Но по своему опыту могу сказать, что речь идет лишь о небольшой группе молодежи. Большинство ребят, которых я знаю, либо учатся, либо работают, а иногда и совмещают оба занятия. Студентам приходится подрабатывать, потому что расходы на жизнь очень высокие. Некоторые идут на стажировки или волонтерят, чтобы получить опыт.
Более того, считаю, что перерывы между учебой и началом трудовой деятельности – явление, свойственное не только Литве. На мой взгляд, утверждение, что все поколение литовцев потерянное, неправда.
«Интересно узнать, каково это – жить в совершенно иных условиях»
– Свое ближайшее будущее вижу в Литве. Это мой дом, и мне нравится идея, что я могу строить свою жизнь здесь, принося пользу обществу. Конечно, хотелось бы найти стабильную работу по специальности и со временем обрести финансовую независимость.
Но я не исключаю, что когда-нибудь буду жить за границей, – порой задумываюсь о странах вроде Нидерландов или Дании. Интересно узнать, каково это – жить в совершенно иных условиях. Думаю, непросто понять, где именно ты хочешь быть, пока не поживешь в разных местах.
Иллюстрация. Фото: Abigail Low, Unsplash.com.
«Отец очень хотел, чтобы я устроилась на работу»
– После окончания школы я постепенно двигалась к тому, чтобы меньше зависеть от моей семьи. Не припомню, чтобы мне приходилось сталкиваться с сильным давлением, хотя отец очень хотел, чтобы я устроилась на работу еще во время учебы. Но я отказалась и в итоге поступила на техническую специальность. Уже оканчиваю университет, параллельно работая инженеркой сетей в IT.
«Юность – время одиночества и тревоги»
– Честно говоря, мои подростковые годы были довольно депрессивными из-за проблем с психическим здоровьем и буллинга в школе. Юность я запомнила как время одиночества и тревоги, поэтому на несколько лет отказалась от попыток завести друзей.
Борьба с депрессией и гендерной дисфорией отнимала уйму сил – особенно тяжело было скрывать это от семьи, не имея при этом сверстников, с которыми можно было бы обсудить происходящее.
Когда мне было около 21 года, я узнала о клубе любителей японской культуры – и там встретила очень хороших людей. Со временем я поняла, что с ними могу обсуждать любые аспекты своей жизни, – с тех пор мы неразлучны.
Несмотря на трудности взросления, я дорожила моментами встреч с людьми, которые мне действительно нравились: посетителями аниме-фестивалей, меломанами или даже приветливыми кассирами в местном магазине азиатских товаров.
«Молодежь Литвы – консерваторы и прогрессивно мыслящие ребята»
– Хотя я категорически не согласна с мнением о «потерянном» поколении, не могу отрицать, что в литовском обществе есть свои проблемы. К сожалению, здесь по-прежнему высоки показатели депрессии и самоубийств. На мой взгляд, главные причины этого – текущая геополитическая ситуация, армия и неспособность общества и властей проявлять большую открытость.
Мы, увы, все еще отстаем в вопросах принятия и толерантного отношения к ЛГБТК+. Но ситуация не статична: наше общество развивается довольно быстро, особенно среди студентов.
Среди молодежи Литвы я бы выделила две группы: консерваторы и прогрессивно мыслящие ребята. И те, и другие обычно работают или учатся, но «консерваторы» чаще идут по следам старшего поколения: придерживаются традиций и старых убеждений, а их взгляды, как правило, более ограниченны. Прогрессивная же часть молодежи обычно отличается открытостью и готовностью принимать иные взгляды и образы жизни.
Я общаюсь в основном с творческими людьми: диджитал-художниками, музыкантами, косплеерами. Восхищаюсь их энергией и целеустремленностью, а еще тем, как они совмещают творчество с учебой или работой.
Возможно, кто-то и живет в состоянии неопределенности или застоя, но я не бываю в компаниях таких людей. В университетах, на тематических ивентах и музыкальных фестивалях полно целеустремленных ребят, у которых есть мечты – и они с радостью о них расскажут. Нужно лишь подойти и спросить.
«Хочу чувствовать себя в максимальной безопасности»
– В ближайшие годы я планирую работать и строить карьеру здесь, в Литве. Хотелось бы остаться тут, но все равно допускаю мысль о переезде в другую страну, если будут позволять финансы.
Хочется остаться на родине, но меня пугает нынешняя геополитическая обстановка, к тому же как трансгендерный человек хочу чувствовать себя в максимальной безопасности. Поэтому я поглядываю на Исландию, ведь там более лояльное законодательство в отношении трансгендерных людей.
Иллюстрация. Фото: Woody Yan, Unsplash.com.
А что тем временем рассказывают молодые беларусы?
Кстати, пару лет назад CityDog.io рассказывал о явлении NEET – это понятие, которое происходит от английского выражения Not in Education, Employment, or Training («не обучается, не работает и не обучается на работе»).
Мы общались с молодыми беларусами, которые попадали в категорию NEET, – и вот что рассказывали ребята.
Антон, 26 лет. «Могу заниматься тем, что мне действительно нравится»
«Меня вполне устраивает, что я сейчас нигде не работаю и не учусь. Да, у меня есть тяга к какой-то деятельности. Иногда думаю, что вообще я трудоголик и было бы хорошо найти какое-нибудь дело.
До своего «отпуска» я какое-то время был учителем в школе, затем решил переехать из Беларуси и уже долгое время ничем не занимаюсь. Возвращаться не хочу. Из плюсов нахожу то, что у меня очень много времени на самореализацию.
Среди минусов: ограничения в финансовом плане, сложности в общении с людьми и с социальным обеспечением в будущем».
Екатерина, 20 лет. «Меня обеспечивают родители – денег не так много, как хотелось бы»
«Мне не нужно вставать в 5 утра, ехать куда-то в офис и на пары. Иногда смотрю на своих знакомых и понимаю, что у них полностью разбит день. Например, у них в один день три пары, между которыми большие перерывы.
Я могу позволить себе проснуться в 10-11 утра, неспешно приготовить завтрак и заняться своими делами. На постоянной основе занимаюсь немецким, хожу в спортзал.
Из минусов – финансовый вопрос. Меня обеспечивают родители, и из-за этого денег не так много, как хотелось бы. Очень приятно, что они не заставляют меня искать работу или идти в университет».
Что почитать по теме: «В любой момент могу устроиться кассиром, но не понимаю: зачем мне это?» Почитайте истории молодых беларусов, которые не учатся и не работают
Эксперты: «Экономика развивается быстрее, чем система образования»
Проводя глобальные молодежные форумы с участием начинающих и более опытных специалистов, спикеры приходят к выводу, что успевать за темпом развития современного рынка непросто. Ситуация осложняется стремительным внедрением ИИ, а также экономическими и политическими факторами.
«Наша экономика развивается быстрее, чем система образования. Поэтому молодежь вполне обоснованно испытывает неуверенность относительно своего будущего. Ответ этому общественному вызову заключается не в попытках успокоить молодежь, а в предоставлении им инструментов для обучения и работы. Если представители бизнеса и власти займутся этим вопросом, неуверенность нынешнего поколения может стать катализатором новой волны роста и инноваций», – уверены эксперты.
Перепечатка материалов CityDog.io возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.
